Политолог Марс Сариев рассуждает о переносе китайского производства в Кыргызстан.

Поднебесная взяла курс на восстановление экологического благополучия, выделяя на эти цели миллиарды долларов. В загрязненных районах высаживаются деревья, очищаются реки.

Промышленные зоны Китая представляют страшную картину. И сейчас Китай хочет вывезти грязное производство за пределы страны с тем, чтобы вести у себя политику экологического оздоровления.

Решение о переносе неблагополучного производства, например, Китай предложил перенести часть своих заводов — в том числе химических и металлургических — на российский Дальний Восток связано с ее новой политикой. Думаю, предприятия, которые имеют очень большую долю загрязнения будут переносить и на нашу территорию.

Коррупция

В условиях тотальной коррупции, когда все гонятся за «золотым тельцом» наша, и без того хрупкая экосистема, может быть разрушена. Я не против инвестиций — пусть Китай переносит предприятия, но этот процесс должен быть вынесен на всеобщее обсуждение.Каждый проект должен пройти через сито СМИ, гражданского общества, нельзя этот вопрос оставлять на откуп правительству.

Посмотрите, что произошло с Кумтором? Письмо экс-главы компаний «Камеко», «Кумтор Голд Компани», «Кумтор Оперейтинг Компани», «Центерра Голд» Леонардо Хоменюка дает информацию о том, что они «подкармливали» нашу политическую элиту. А чем это закончилось? Экологической катастрофой: трагедией в Барскауне, таянием ледников, в завершение всего на нас подают в арбитражный суд и мы ничего не можем доказать, а та элита которая сняла кэш сейчас в Москве и Минске. Кыргызстан же от этих миллиардов получил куцый процент. Заметьте, это произошло с канадским инвестором, а китайский сценарий может быть еще хуже.

Экономические тиски

При переносе безопасных предприятий нужно учитывать и соотношение рабочих. Больше 90% рабочих на предприятиях должны быть кыргызстанцы. Но с учетом того, что деньги китайские мы вряд ли сможем ставить жесткие условия.

Они {китайцы} пользуются тем, что мы в патовой ситуации: какие бы шаги мы не предпринимали становится все хуже и хуже. По сути, они нам предлагают рыбу вместо удочки.

У меня очень большие опасения, что в нынешних условиях власть, которая сейчас зажата в экономические тиски и политически неустойчива может соблазниться сиюминутными выгодами с тем, чтобы в течение пяти лет решить какие- то социальные программы, пополнить бюджет, но перспектива будет загублена. Человек в состоянии цейтнота будет принимать тактические решения — «лишь бы день простоять, ночь продержаться».

Власть сейчас решает проблему сиюминутную, тактическую: сейчас ей важно ослабить проблему безработицы, снять социальную напряженность и начать получать дивиденды от этих предприятий. Власть не может мыслить и рассуждать стратегически.

Тактические и стратегические цели

Мы набрали достаточно много кредитов, практически мы сидим на игле китайских инвестиций, как, впрочем, и международного валютного фонда. А китайцы будут идти с тем, чтобы как можно больше выжать дивидендов, прибыли и т.д. Я не думаю, что они перевезут отверточное, компьютерное производство или технологии капельного орошения- они будут перевозить самое грязное производство.

А у нас единственный бренд на котором мы можем выскочить в условия международного разделения труда и в условиях Евразийского экономического союза -это экологически чистая продукция, которая больше всего ценится. Мы не сможем конкурировать с нашими казахскими, белорусскими или российскими производителями. Только натуральное мясо, натуральные фрукты без гербицидов вот единственная наша фишка, плюс наша колоссальная туристическая возможность.

Есть такой немецкий геополитик, который сказал, что полное экономическое проникновение равносильно политической оккупации. Поэтому мы должны балансировать: да пусть будут китайские, российские, турецкие, европейские инвестиции, но ни в коем случае не должна быть доминанта одного государства. Если китайская доля будет доминировать, они будут влиять и в политической плоскости и наша политическая элита будет зависть от этих денег. Мы очень уязвимы в нынешней ситуации.

Информация о том, что Кыргызстан предложил перевезти «избыточные» предприятия из Китая на территорию своей страны, и в качестве базы предложил более сорока простаивающих предприятий, вызвала неоднозначную реакцию в обществе. Замминистра экономики КР Алмаз Сазбаков в интервью «Данакеру» уверяет, что Кыргызстан выставит нормы экологической безопасности и весь процесс переноса будет проходить прозрачно.

Какие предприятия входят в категорию «избыточных» и почему?

– Сначала я хотел бы рассказать, что такое «перенос» и затем перейти к понятию «избыточных предпритиятий». Термин «перенос» возник после того, как Китай решил закрыть у себя ряд предприятий. В связи с чем возникла такая необходимость? Первая причина- эти предприятия стали нерентабельными в следствии того, что заработные платы в прибрежных зонах Китая сильно увеличились. Если раньше люди готовы были работать за $200, то сейчас и за $1000 не работают. Соответственно рост зарплаты повлиял на стоимость конечной продукции и их конкурентоспособность на рынке. Чтобы повысить конкурентоспособность продукции, примерно с начала 2010 г. начался процесс переноса китайских предприятий в Юго-восточные страны, такие как Бангладеш, Вьетнам, Филиппины, Малайзия.

Другая часть производства была перенесена из-за того, что в отдельных районах Китая концентрация выбросов в атмосферу стала очень высокой, а в каких-то регионах юго-восточных стран совсем не было промышленности. Президент Китая Си Цзиньпин объявил о концепции Экономического пояса Шелкового пути . Возникла идея построить на старом маршруте Шелкового пути один экономический коридор. Соответственно со стороны Китая стала идти очень большая поддержка тех стран, которые находятся на Шелковом пути. Мы, как самый ближайший сосед, который входит в Экономический пояс, получаем поддержку в реализации различных проектов: это строительство линий электропередач Датка-Кемин, строительство дороги Тамга на Иссык-Куле, модернизация ТЭЦ, рассматриваются проекты по строительству железной дороги.

Следующей темой стала тема переноса предприятий. Что означает перенос? Это не просто взяли старые предприятия и перенесли сюда -это означает, что они закрывают предприятия у себя, но собираются инвестировать в нашу республику, чтобы такое же производство было здесь. У нас дешевая рабочая сила, дешевая электроэнергия, дешевые земельные налоги и налогообложение в целом очень низкое. Китайская сторона, изучив все эти данные, заинтересовалась предложением кыргызской стороны по переносу ряда предприятий в КР.

Временные сроки по запуску проектов

– Спрогнозировать временные рамки сейчас мы не сможем. Давайте проинформирую о хронологии событий: в прошлом году в декабре тогда еще б. премьер-министр Темир Сариев встречался с премьер-министром КНР и они договорились начать тему о переносе предприятий, после этого встретились министры КР и КНР и были определены ответственные органы: с нашей стороны ответственный орган -это министерство экономики, а с китайской -государственный комитет по развитию реформ. Китайская сторона запросила список предприятий с описанием профиля каждого. Мы собрали информацию по 42 предприятиям и предоставили ПЕРЕЧЕНЬ ПРЕДПРИЯТИЙ, ПРЕДЛАГАЕМЫХ ИНВЕСТОРАМ. В Китае побывала кыргызская делегация в состав которой вошли представители министерства экономики и Госгеологии. Наши специалисты встретились с представителями Госкомитета по реформе и Ассоциацией по развитию китайских предприятий за рубежом и предложили китайским партнерам приехать в Кыргызстан, чтобы непосредственные владельцы заводов приняли окончательное решение.

Китайские инвесторы, в частности в горнодобывающем секторе уже работают в КР, что дает им участие в этом проекте?

– Да, эти проекты могут идти и без нашего участия, но в рамках Экономического пояса Шелкового пути государство {Китай} становится неким щитом. Ведь большинство предприятий принадлежат частным владельцам. Для них это обозначает, что китайским предпринимателям будут давать деньги на закуп нового оборудования, субсидии, чтобы предприятия вышли на новые рынки.

В обществе есть опасения, связанные с экологической безопасностью и китайской экспансией. Берутся ли в расчет эти риски?

– Мы будем информировать общественность о процессе переноса. Как раз основываясь на этих рисках мы требуем соблюдения экологической безопасности, но повторю, что можно забыть тему переноса китайских предприятий, но для развития страны нам нужны инвестиции будь с Китая, Турции или любой другой страны. Что касается китайской экспансии, и в частности квотирования, то это отдельный вопрос. Но на сегодняшний день квота в 10 тысяч не используется в полной мере.

Кто, в конечном счете, решает какие предприятия перенести, а какие нет?

– Китайцы сами решают какие производства переносить. Но здесь должна быть дорога с двусторонним движением. Не стоит думать, что китайцы решат, а мы поднимем руки и скажем: «Да переносите». Перенос этих предприятий будет осуществляться при условии: Во-первых, экология не должна загрязняться, чтобы у нас здесь не возникла какая-то экологическая катастрофа. Во –вторых, необходимо брать на работу наших граждан. Здесь рассматриваются разные цифры, но самое минимальное соотношение -это 80% наших граждан и 20% китайских. Но это самое минимальное соотношение, ниже которого мы не можем пойти. Ведь основная идея- это создание рабочих мест, получение доходов в местный или республиканский бюджет. Если на предприятиях будут работать только китайцы, то извините меня, это будет ползучая экспансия. Почему мы согласны на какое-то время пустить 10-20 % китайских граждан? Потому что у нас нет инженеров, специалистов и с этим нужно считаться. И наконец, третий критерий — это перенос новых технологий.

Каким будет налоговый режим для этих предприятий?

– Как для всех, не будет послаблений или отдельных льгот.

Есть ли список предприятий, которые могут оказаться в нашей стране?

– Нет, пока такого списка нет. Все говорят о переносе сорока предприятий, но это те предприятия, которые мы передали на рассмотрение. Этот список не окончательный. Из этих предприятий могут отобрать всего 1-2 предприятия, а могут отобрать и все сорок. Производство может быть запущено на базе этих предприятий, а может начаться строительство на пустой земле.